• SHIVALOKA

НЕ ВСЕ РЕЛИГИИ ОДИНАКОВЫ: ПРОБЛЕМА ИНДУИСТСКОГО УНИВЕРСАЛИЗМА

Журнал «Hinduism Today»,

Фрэнк Гетано Моралес, 2005 г.,

Перевод с английского: К. Кошерски

Оригинал статьи (англ.)

Об авторе: кандидат наук Фрэнк Моралес, (Дхарма Правартака), 42 года, - набожный индуист, преподаватель и лектор в сфере духовности йоги, рукоположенный священник вайшнавской традиции, основатель Американского Института Исследований Йоги. Следовать индуистским учениям и обычаям он начал в 12 лет. У него есть степень кандидата наук религии и исследований индуизма Висконсинского университета в Мэдисоне. Его сайт: www.dharmacentral.com. Там вы можете найти полную версию статьи («Does Hinduism Teach that All Religions Are the Same? A Philosophical Critique of Radical Universalism»).

Отнюдь не будет преувеличением сказать, что древняя религия индуизм всегда была одной из менее изученных традиций в истории мировой религии. Индуизм по количеству стереотипов, заблуждений и ложных понятий о своих учениях, как и по количеству точных обычаев и моделей поведения, требуемых религией от последователей, превосходит все остальные ныне известные вероучения. Оставим в стороне наиболее очевидные преувеличенные колониальные карикатуры о поклонении коровам, господстве каст и сати, ведь даже некоторые основные теологические и философские основы индуизма часто остаются необъяснимой тайной для общественности и учёных, якобы исследующих индуистские традиции. Однако более тревожным является тот факт, что многие сумасбродные заблуждения относительно учений индуизма распространены и среди некоторых приверженцев этой религии, и, к сожалению, среди многих якобы просвещённых духовных наставников, гуру и свами, которые направляют религию в настоящее время.


Из всех специфичных концепций, ошибочно приписываемых индуистской теологии, наиболее неправильно понимаемой является идея, что индуизм каким-то образом учит нас, что все религии равны, все религии одинаковы, все они с одной и той же целью, задачей, практически ощутимым спасительным положением и объектом полной преданности. Это мнение настолько часто и бездумно повторялось многими людьми, от обычных индуистских родителей до свежеиспечённых свами, прибывших к берегам Америки для поиска новых приверженцев, что сейчас оно искусственно превратилось в предполагаемый краеугольный камень современных индуистских учений. Многие индусы теперь полностью убеждены, что их религия действительно этому учит. Однако, несмотря на широко распространённое мнение, на самом ли деле индуизм учит нас тому, что все религии одинаковы? Даже беглое ознакомление с длинной историей индуистской философской мысли наряду с объективным анализом конечных логических значений такого утверждения позволяет быстро выявить, что традиционный индуизм никогда не поддерживал эту идею.


Учение, которое я называю «радикальным универсализмом», утверждает, что все религии однообразны. Эта догма появилась совсем недавно и стала одним из самых опасных заблуждений индуистского мира за последние 150 лет. Это учение непосредственно привело к появлению глубоко ошибочного философского релятивизма, который, в свою очередь, серьёзно ослабил положение и исказил истинный смысл индуизма. Доктрина радикального универсализма заставила неиндусов воспринимать индуистскую философию как инфантильную, привела к коллективному состоянию самоотвращения, замешательства и стыда многих представителей индуистской молодёжи и позволила индуистской общине стать легкодоступной жертвой ревностных миссионеров других религий. Проблема радикального универсализма, возможно, является наиболее важным вопросом, стоящим перед индуистской общиной в настоящее время.


Что делать детям?

Индуистским родителям следует отдать должное. Каждый день, призывая своих детей оставаться приверженцами индуизма, они сталкиваются со значительными и хорошо известными проблемами. Индуистские родители изо всех сил стараются оставаться верными религии своих предков, зачастую имея лишь небольшое представление о самом веровании, которое было дано им их родителями. Индийская индуистская молодёжь же, наоборот, оказывается незаинтересованной в религии, которую не особо понимают или уважают люди вокруг - индусы и неиндусы в равной мере. Сегодняшней индуистской молодёжи нужны более убедительные причины для следования религии, чем простой аргумент о семейной традиции. Нынешние подростки требуют и заслуживают убедительных философских разъяснений о том, чему на самом деле учит индуизм и почему им следует остаться индуистами, а не выбрать любую другую религию из множества окружающих их. Во многих случаях священники не владеют достаточной информацией, чтобы дать ответы на вопросы, которые так интересуют смышлёную индуистскую молодежь; а у мам и пап знаний обычно ещё меньше, чем у пуджари в храмах. Что делать индуистским детям?


Когда я путешествую по стране, читая лекции об индуистской философии и духовности, я часто сталкиваюсь с повторяющимся сценарием. Индуистские родители подходят ко мне после лекции и робко спрашивают совета. Зачастую все они спрашивают приблизительно одно и то же: «Мы растили нашу дочь (или сына) как порядочную (-ого) индуску (индуса). Мы брали её в храм во время важных праздников. Мы даже отправляли её в индуистский лагерь на неделю, когда ей было 13. Сейчас, в 23 года, наш ребенок отказался от индуизма и принял другую религию (вставить нужную). Когда мы спрашиваем её, как она могла оставить религию своей семьи, она бросает нам в ответ следующее: «Мама/папа, вы всегда учили меня, что все религии одинаковы и совсем неважно, как человек поклоняется Богу. Так в чём проблема, если я прислушалась к вашим словам и последовала другому вероучению?».


Наверное, ко многим из вас, читающим эту статью, так же подходили родители и делились своей проблемой. Грустная правда об этом сценарии заключается в том, что ребёнок, конечно же, прав в своём утверждении, поскольку она лишь следовала логичному выводу из часто повторяемой родителями мантры «все религии одинаковы». Если все религии действительно одинаковы, и в конце пути мы все встретимся в одном месте, то какая разница, какого вероисповедания придерживаться? Индуистские родители жалуются, когда их дети принимают другие религии, не понимая, что именно эта ошибочная догма, а не какой-либо недостаток индуизма, привела к выбору детьми другого вероучения. Я считаю, что не стоит обвинять родителей в пропаганде этой неиндуистской идеи своим детям. Скорее, большая часть вины лежит на нынешних некомпетентных индуистских наставниках и лидерах, хранителях истинных учений Дхармы.


В современном индуизме мы слышим из различных источников, что все религии равны. К сожалению, наиболее разрушительной причиной этого заблуждения является не кто иной, как многие несведущие духовные лидеры индуистской общины. Например, я посещал множество правахан (лекций), на которых гуру приводит своей аудитории следующую метафору, которую я называю «Горная Метафора»: «Истина (или Бог, или Брахман) лежит на вершине самой высокой горы. Существует множество различных тропинок, по которым можно добраться до вершины, и таким образом достичь одной высшей цели. Некоторые дорожки короче, некоторые длиннее. Тропинка сама по себе неважна. Действительно важно лишь то, что все ищущие доберутся до вершины горы».


Хотя на первый взгляд эта упрощённая метафора может показаться убедительной, она оставляет без внимания очень важное предположение: она необоснованно строится на том факте, что все хотят попасть на вершину одной и той же горы! Как мы скоро увидим, не у всех религий одинаковые цели, одинаковые концепции Абсолюта (на деле, даже вера в существование Абсолюта) и одинаковые средства достижения соответствующих целей. Правильнее сказать, что существует множество разных философских «гор», каждая со своим уникальным желанием быть главной целью всех духовных стремлений человечества.


Традиция терпимости, а не капитуляция

Исторически в учениях доколониального, классического индуизма не было идеи, что все религии одинаковы. Однако это не означает, что индуизм не был связан с терпимостью и свободой религиозной мысли и выражения. Он всегда был религией, пропагандирующей толерантность к другим важным религиозным традициям. Но утверждение, что а) «мы должны уважать учения других религий» в корне отличается от распространённого заявления, что b) «все религии одинаковы». Эта путаница между двумя абсолютно разными утверждениями могла стать одной из причин, по которым современные индусы верят, что индуистская толерантность является синонимом радикального универсализма. Сохранение адекватной терпимости к религии другого человека вовсе не означает, что все мы должны принимать эту религию!


Уникальные индусы: кризис отсутствия самоуважения у индусов

В целом, многие мировые религии периодически были виновными в распространении фанатизма и нетерпимости среди своих последователей. Мы видели, особенно в отношении наиболее молодых западных религий, что вероучения могут использоваться в качестве разрушительного механизма для разделения людей, завоевания других во имя своего Бога и создания искусственных и угнетающих различий между «верующими» и «неверующими». Будучи по своей сути нефундаменталистским мировоззрением, индуизм всегда стремился отделить свой толерантный подход к духовности от более фанатичных и агрессивных понятий религии. Современные индуисты печально известны своим безграничным желанием показать миру, насколько мы нефанатичны и открыты для всего нового, даже если для этого придётся отказаться от нашего права беззастенчиво следовать своим традициям.


К сожалению, в своём безудержном стремлении избавить индуизм от всего, что даже отдалённо может напоминать о консервативном фанатизме, иногда встречающемся в некоторых религиях, мы часто забываем очевидную истину - индуизм сам по себе является систематизированной и замкнутой религиозной традицией. Подобно тому, как христианство, мусульманство, буддизм, даосизм и джайнизм обладают набором своих уникальных и специфичных убеждений, учений и требований к духовной власти, все из которых находятся в пределах чётко установленных теологических границ собственных традиций, индуизм тоже имеет такие индусско-ориентированные теологические и институциональные границы. Как и любая другая религия, индуизм является самобытной и уникальной традицией со своими собственными вмонтированными убеждениями, мировоззрениями, традициями, ритуалами, концепцией Абсолюта, метафизикой, этикой, эстетикой, космологией и теологией. Обширный, систематизированный философский концепт, который сегодня мы называем индуизмом, представляет собой результат колоссальных усилий и духовных идей великих риши, йоги, ачарьев и гуру нашей религии, направляемых божественным светом ведийского откровения, прошедшего испытание временем. Это традиция, которая достойна адекватного чествования индусами и почтительного восхищения со стороны неиндусов.


Такое понимание и принятие уникального места индуизма в мире при всём желании не приведёт к автоматическому возникновению распрей, вражды, конфликтов или религиозного шовинизма. Наоборот, признание особенностей индуизма сыграет важную роль, если индуисты решат овладеть хотя бы капелькой здорового самосознания, самоуважения и гордости за свои традиции. Самоуважение и возможность следовать собственным, уникальным духовным традициям являются основными психологическими потребностями и заветным гражданским правом любого человека, индуса и неиндуса одинаково.


Позволим традиции говорить за себя

Когда мы смотрим на философские, литературные и исторические источники доколониальной индуистской традиции, мы выясняем, что понятие радикального универсализма там практически отсутствует. Идеи, что все религии одинаковы, нет в священной индуистской литературе, среди высказываний великих индуистских философов-ачарьев или в любой из шести основных индуистских школ философской мысли (шад-даршаны). На протяжении всей истории религии такие великие философы, как Вьяса, Шанкара, Рамануджа, Мадхва, Валлабха, Бхикшу Виджняна, Сваминараяна (Сахаджананда Свами) и другие провели недвусмысленные и беззастенчивые различия между индуизмом и неиндуистскими религиями. У мудрецов досовременного индуизма не возникало сложностей со смелыми утверждениями о том, что стоит и что не стоит считать индуистским. И делали они это очень часто! Это осознанное чувство религиозной общности и философской ясности встречается в первую очередь в вопросе о том, что именно представляет собой индуистскость (хиндутва). Не зная ответа на этот основополагающий вопрос, невозможно в полной мере оценить разрушительную силу догмы радикального универсализма.


Кто является индусом?

Примечательно, что при обсуждении вопроса «кто является индусом» мы получаем множество запутанных и противоречивых ответов как от индуистских мирян, так и от лидеров. Некоторые из наиболее упрощённых ответов включают в себя следующее: любой человек, родившийся в Индии, автоматически становится индусом (этническое заблуждение); если ваши родители индусы, значит, вы тоже индус (семейный аргумент); если вы родились в определённой касте, вы индус (модель генетического наследования); если вы верите в реинкарнацию, вы индус (забывая, что многие другие религии разделяют некоторые учения индуизма); если вы исповедуете любую религию, возникшую в Индии, вы индус (заблуждение национального происхождения). Реальный же ответ на этот вопрос уже давно был дан древними индуистскими мудрецами.


Два основных фактора, выделяющих индивидуальную уникальность каждой мировой религиозной традиции, - это а) писание, на котором основана традиция; b) основные религиозные принципы, которые она отстаивает. Если мы спросим, кто такой еврей, например, ответ будет следующим: тот, кто принимает Тору как письменный сборник духовных принципов и верит в монотеистический концепт Бога, представленный в этом писании. Кто является христианином? Человек, принявший Евангелие как сборник духовных принципов и верящий в то, что Иисус является воплощением Бога, умершим за свои грехи и воскресшим из мёртвых. Кто такой мусульманин? Человек, принявший Коран как сборник духовных принципов и верящий в то, что нет Бога, кроме Аллаха, а Мухаммед его пророк. Иными словами, человек является последователем какой-либо религии, если он принимает принципы священного писания и пытается им следовать. Это применимо к индуизму так же, как и к остальным религиям на Земле. Поэтому ответ на вопрос «кто является индусом» очень прост.


По определению, индус - это человек, принявший в качестве основного сборника священных принципов ведийские писания и пытающийся жить в соответствии с Дхармой - священными божественными законами, представленными в этих ведийских писаниях. В контексте стандартного определения все мыслители шести традиционных школ индуистской философии (шад-даршаны) настаивали на том, что принятие Вед как главного священного писания (Шабда-прамана) является основным критерием для различения индусов и неиндусов, а также индуистских и неиндуистских философских принципов.


На протяжении всей истории, если человек принимал четыре Веды и каноны Смрити (примером которых могут быть «Махабхарата», «Рамаяна», «Бхагавад-Гита», Пураны и т.д.) как основные священные писания и жил в соответствии с дхармическими принципами этих писаний, то он считался индусом. Значит, любой индиец, отвергающий главенство Вед, очевидно, не является индусом, несмотря на своё происхождение. А американец, канадец, русский, бразилец, индонезиец или индиец, принимающий Веды как основное писание, определённо считается индусом. Индус (как, впрочем, и еврей - прим. «Шивалока») определяется не расой, а верой и обрядами.


Чёткое определение индуизма

Традиционные индуистские философы постоянно подчёркивали существенную важность чёткого понимания, что такое индуизм и каковы неиндуистские религиозные пути. Ведь вы не можете считаться индусом, если вы не понимаете, во что верите вы и во что верят другие. Многими традиционными индуистскими философами неоднократно повторялась одна антонимическая санскритская пара - слова «вайдика» и «авайдика».


Слово «вайдика» (т.е. ведийский, ведический) означает того, кто принимает учения Вед. Это относится к уникальной эпистемологической позиции, принятой традиционными школами индуистской философии, которая известна как Шабда-прамана, или использующая священный поток звука Вед как средство достижения допустимых знаний. В этом смысле слово «вайдика» используется для различения школ индийской философии, которые принимают эпистемологическую важность Вед как апаурушеи (идеальный, авторитетный духовный источник, вечный и неиспорченный спекуляциями людей), и авайдических школ, которые не приписывают такой значимости Ведам. В дохристианские времена индуистские авторы чётко выделили авайдические школы, не принимавшие Веды, - буддизм, джайнизм и атеистическая школа чарвака. Эти три школы единогласно считались неведийскими, и потому неиндуистскими (безусловно, они находятся в индийском регионе, но теологически/философски не являются индуистской религией).

Дхарма Ракшака: Защитники Дхармы

За некоторыми исключениями недавнего времени индуизм всегда исторически признавался обособленным и особым религиозным феноменом, самостоятельной традицией. Как со стороны, простыми наблюдателями, так и изнутри, величайшими индуистскими духовными наставниками. Святые и мудрецы постоянно пытались отстаивать святость и дары индуистского мировоззрения, зачастую под давлением прямой полемической оппозиции неиндуистской традиции. Индусы, буддисты, джайны и чарваки (атеисты), четыре основные философские школы, описанные в индийской истории, часто сталкивались друг с другом в точных и дотошных дебатах, увлекательно споря даже о самых незначительных концептуальных мелочах в вопросах философии. Индуистские мудрецы отвечали на философские вопросы убедительными аргументами, жёсткой логикой и сдержанной гордостью в обычной манере, зачастую обоснованно побеждая своих оппонентов в открытых спорах.


Ади Шанкара (788-820), будучи одним из примеров индуистских ачарьев, защищавших свою религию, получил звание «Дигвиджая», или «Завоеватель всех направлений». Этим званием Шанкару наградили за его исключительные способности защищать индуистские традиции от философских посягательств противостоящих (пурва-пакша) неиндуистских течений. Учёные и индуистские лидеры, жившие после него, действительно приписывали Шанкаре частичную ответственность за исторический упадок буддизма в Индии, причиной которого стала его интенсивная, полемическая, миссионерская деятельность. Ни в коем случае он не был радикальным универсалистом!


Великий учитель Мадхва также считается ответственным за резкий упадок джайнизма в Южной Индии благодаря своим блестящим навыкам ведения дискуссий в защиту Вайдика-Дхармы. Средневековые индуистские мудрецы и философы признавали и прославляли лишь одну точку зрения, которую индуизм мог предложить миру, чётко разделяли индуистские и неиндуистские вероучения и защищали свою религию всеми интеллектуальными и духовными силами. Они делали это беззастенчиво, профессионально и отважно. Индуистское мировоззрение заслуживает внимания, имеет значимость и выживет только в том случае, если современные индуисты одинаково начнут почитать уникальность нашей религии.


Традиционный индуизм против неоиндуизма

На протяжении всего XIX века в длинной истории индуизма наблюдалось трагическое явление, разрушительные последствия которого современные индуистские лидеры и учёные только сейчас начинают адекватно оценивать и устранять. Это обстоятельство настолько изменило и ослабило индуизм, что религия ещё даже не начала восстанавливаться. Классический, традиционный индуизм, ответственный за непрерывное развитие в течение тысяч лет продвинутой культуры, архитектуры, музыки, философии, обрядов и теологии, подвергся сокрушительным нападкам со стороны британского колониального правительства XIX века, как никогда ранее. За тысячу лет до Британской Индии иностранные мародёры неоднократно пытались уничтожить индуизм с помощью открытого физического геноцида и постоянных разрушений индуистских храмов и святынь. Просвещённые индуистские мудрецы и благородные воины храбро сражались в полную меру своих возможностей, чтобы остановить этот анти-индуистский холокост, зачастую платя за это своими жизнями.


Но то, что пережила индуистская община под британским христианским господством, было пугающе новой формой культурного геноцида. То, что люди пережили, было не попыткой физического устранения их культуры, а более искусной программой интеллектуального и духовного уничтожения. Людям легко распознать нависшую угрозу со стороны врага, который буквально пытается их убить. Гораздо сложнее увидеть скрытую угрозу врага, который, оставаясь опасным, утверждает, что лишь стремится служить насущным интересам порабощённых людей.


За этот короткий промежуток времени в XIX веке древнее величие и красота классического индуизма, выдержавшие испытание тысячами лет, подверглись прямой идеологической атаке. Особо печальным этот период делает то, что основным аппаратом, используемым британцами в своих попытках уничтожить традиционный индуизм, были его сыновья и дочери, получившие британское образование и впитавшие британские ценности. Глядя на традиционный индуизм глазами британских руководителей, пандемическая волна англоизированных индуистских интеллектуалов XIX века считала своим священным долгом европеизировать и модернизировать традиционный индуизм, чтобы сделать его более приемлемым для своих новых европейских повелителей. Одним из явлений, возникших в этом историческом периоде, была фабрикация нового движения под названием «неоиндуизм». Он был искусственной религиозной концепцией, используемой в качестве парадигматического противопоставления обоснованному традиционному индуизму, который являлся религией и культурой людей в течение нескольких тысячелетий. Неоиндуизм использовался как эффективное оружие для замены подлинного индуизма британской подделкой, которая позволила бы без проблем контролировать порабощённое население и управлять им.


Движение «неоиндуизм», причиной которого стало христианство и британцы, стремилось достичь нескольких взаимосвязанных целей, и сделало это с большим успехом:

А. ненавязчивая христианизация индуистской теологии, включавшая в себя нападки на изваяния божеств (мурти), пантеизм и учение об избранных богах и богинях традиционного индуизма;

B. внедрение западных научных методов, рационализма и скептицизма в учение индуизма для того, чтобы продемонстрировать якобы неполноценное понимание реальности в этой религии;

С. продолжающиеся нападки на древние индуистские знания о ритуалах во имя упрощения и демократизации процесса поклонения;

D. заимствование радикального универсализма у либерального, унитарного/универсалистского христианства как способа значительного ослабления индуистской философии.


Достоинство, сила и красота традиционного индуизма считались серьёзной угрозой для правления христианской Европы в Индии. Создание неоиндуизма стало ответом на эту угрозу. Если бы эта колониальная программа проводилась самими британцами, она бы не имела такого успеха. А потому это было очень умно - использовать индийцев для навязывания неоиндуизма среди индуистского населения. Последствия деятельности индийских неоиндуистов были губительными для традиционного индуизма.


Основная проблема с индуизмом, каким мы знаем его сейчас, по сути, заключается в отсутствии 1) признания того, что на самом деле сейчас существуют два отличающихся и противоречащих друг другу индуизма - неоиндуизм и традиционный индуизм; и 2) чёткого осознания современности у традиционалистов, являющихся хранителями аутентичной Дхармы как философски, так и оценочно - например, неспособность согласовать аутентичную индуистскую Дхарму с современным миром таким образом, чтобы разум современного человека мог полностью её принять без изменений. Индуизм так и останется религией, преисполненной неточностей о собственном истинном значении и ценности, до тех пор, пока индусы-традиционалисты не смогут уверенно, профессионально и грамотно объяснить его подлинную суть миру. Пока они не поймут, как это сделать, неоиндуизм будет продолжать свою разрушительную кампанию.


Неиндуистские истоки радикального универсализма

Радикальный универсализм не является ни традиционным, ни классическим. Он зародился в начале XIX века. Этой идее не больше двух веков. Её культурные корни не имеют отношения к индуизму, зато чётко прослеживаются в попытках христианских миссионеров изменить истинные учения настоящего индуизма. Радикальный универсализм был в моде среди получивших британское образование индийцев XIX века, большинство из которых практически не обладали точной информацией об интеллектуальном и духовном наследии собственной религии. Зачастую эти европеизированные индийцы слишком сильно стремились получить одобрение и уважение индийской культуры от европейских христиан, которые рассматривали индуизм как простой детский лепет глупых колонизированных людей. Многие преувеличенные стереотипы об индуизме начали тревожить впечатлительные европейские умы за столетие до XIX века. Вместо того, чтобы пытаться опровергнуть эти многочисленные стереотипы, представив индуизм в своей истинной и первозданной форме, многие из охристианившихся индийцев решили, что стоит просто избавить индуистскую традицию от всего, что может оказаться экзотическим и обидным для европейцев. Радикальный универсализм оказался идеальной базой для искусственного создания «нового» индуизма, который дал бы англоизированной индийской интеллигенции то одобрение, которое они так стремились получить со стороны своих британских хозяев.

Мы столкнулись с одним из первых примеров внедрения радикального универсализма в синкретических учениях Рам Мохана Роя (1722-1833), основателя «Брахмо-самаджа» (одного из предполагаемых составителей и первого издателя столь популярной на Западе «Маханирвана-тантры» - прим. «Шивалока»). Ставший весьма противоречивой личностью своего времени, Рой был бенгальским интеллектуалом, который находился под серьёзным влиянием учений Унитарной церкви, инакомыслящей деноминацией христианства. Помимо христианства, мусульманства и санскрита он изучал иврит и греческий язык, мечтая перевести Библию на бенгальский. Будучи самопровозглашённым индуистским реформатором, он смотрел на индуизм через призму колониального христианства. Христианские миссионеры говорили Рою, что традиционный индуизм был варварской религией, которая привела к угнетению, суеверности и невежеству индийского народа. И он верил им. Более того, Рой считал библейские учения основным заветным ключом к превращению традиционных индуистских идей в более приемлемые для колониальных хозяев Индии. В своём миссионерском стремлении христианизировать индуизм он даже написал анти-индуистский трактат, известный как «Заповеди Иисуса: Путеводитель к миру и счастью». Именно от христианских миссионеров Рой получил некоторые свои идеи, включая анти-индуистское понятие радикального равенства всех религий.


Помимо заимствования идей радикального универсализма у христианских миссионеров, Рой также стремился к христианизации индуизма, переняв многие библейские теологические представления в своё неоиндуистское «реформаторское» движение. Некоторые из этих заимствованных адаптаций включали в себя отказ от индуистского пантеизма и замену его более библейской идеей антропоморфного монотеизма; отказ от поклонения изваяниям и изображениям божеств («идолам», как их назвали крипто-христиане «Брахмо-самаджа») и учения об аватарах, или небесном происхождении Бога. Преемники Роя, Дебендранат Тагор и Кешаб Чандра Сен, попытались внедрить ещё более христианские идеалы в эту неоиндуистскую затею. Сегодня «Брахмо-самадж» вымирает как организация, но всемирная индуистская община до сих пор ощущает разрушительные последствия её пагубного влияния. (В том числе и на постсоветском пространстве - прим. «Шивалока»)


Следующими двумя неоиндуистскими радикальными универсалистами, которых мы встречаем в истории XIX века, были Шри Рамакришна (1836-1886) и Свами Вивекананда (1863-1902). Хотя Вивекананда и был учеником (шишья) Рамакришны, их жизни очень различались. Рамакришна родился в индуистской семье в Дакшинешваре. Во взрослом возрасте он был священником индуистского храма и демонстративным ревнителем Божественной Матери. Основным объектом его поклонения была богиня Кали, которую он преданно почитал всю свою жизнь. Однако, несмотря на индуистские корни, многие идеи и убеждения Рамакришны возникли не из древней мудрости классического индуизма, а из неведийских религиозных взглядов мусульманства и либерального христианства.


Хотя Рамакришна и считал себя преимущественно индуистом, он верил, что все религии нацелены на единое высшее назначение. Он экспериментировал с мусульманскими, христианскими и широким спектром индуистских обычаев, смешивая обряды и верования так, как ему хотелось. В 1875 году Рамакришна познакомился с Кешубом Чандра Сеном, тогдашним лидером неоиндуистского «Брахмо-самаджа». Сен представил Рамакришну сплочённой общине неоиндустских активистов, живших в Калькутте. Он часто приводил этих активистов на сатсанги Рамакришны. Так Рамакришна стал одним из самых популярных неоиндуистских радикальных универсалистов.


Свами Вивекананда, возможно, был самым способным учеником Рамакришны. Красноречивый и харизматичный оратор, Вивекананда всегда будет почитаться индуистской общиной за свою блестящую защиту индуизма в Парламенте Мировых Религий в 1893 году. Также Вивекананда внес значительный вклад в возрождение интереса к изучению индуистских писаний и философии в Индии на рубеже веков. Его позитивный вклад в отношении индуизма действительно обширен и колоссален. Но, невзирая на свои значительные усилия, Вивекананда оказался в таком же затруднительном положении, как и остальные неоиндуистские лидеры того времени. Как оправдать древние порядки индуизма и сохранить его от сокрушительного натиска современности? Несмотря на позитивный вклад Вивекананды и других неоиндуистов в формирование индуистского ответа испытаниям современности, этот ответ зачастую совершался за счёт отказа от подлинных индуистских учений. Вивекананда вместе с другими лидерами неоиндуистского движения считал, что необходимо ослабить индуистские традиции предков и принять такие иностранные идеи, как радикальный универсализм, чтобы получить одобрение европейских хозяев, господствовавших над ними.


Пока Рамакришна вёл созерцательную жизнь в относительной изоляции от большого мира, Свами Вивекананда должен был стать знаменитой фигурой на мировой религиозной сцене. Вивекананда часто занимал пренебрежительную позицию по отношению к традиционному индуизму, как было принято в то время, утверждая (абсолютно ошибочно), что индуизм во многих случаях был иррационален, чересчур ориентирован на мифологию и не имел никакой практической значимости для социального благосостояния людей. Его не особо интересовали ранние идеи Рамакришны о мистической преданности и экстатических поклонениях. Вивекананда скорее придавал первостепенное значение своему собственному, специфическому и универсалистскому подходу к Веданте, который позже стал известен как «неоведанта».


Он слегка изменил версию радикального универсализма Рамакришны, пытаясь совместить неоведантические взгляды с идеей единства всех религий. Вивекананда выступал за своего рода иерархический радикальный универсализм, который поддерживает равенство всех религий, в то же время утверждая, что все религии действительно развиваются от низших принципов религиозности к высшим. Вершиной развития всех религиозных убеждений и учений для Вивекананды, разумеется, был индуизм. Он внёс значительный вклад, помогая европейским и американским неиндусам понять величие индуизма, но неточности радикального универсализма и неоиндуизма, появлению которых он способствовал, принесли немало вреда.


Чтобы полностью познать индуизм в его наиболее духовно выразительной и философски аргументированной форме, нам нужно научиться распознавать и отбрасывать результаты влияния неоиндуизма, которые сейчас проникли во многие индуистские убеждения. Пришло время избавить нас от либерального, навязанного христианами реформизма, который оказал серьёзное негативное воздействие на таких людей, как Рам Мохан Рой, более века назад. Мы должны освободить себя от анти-индуистского догмата радикального универсализма, который настолько ослабил индуизм, и вновь принять классическую форму своей религии, отражённую в истинных писаниях, сохранявшуюся на протяжении тысячелетий различными преемниками реальных ачарьев и прошедшую испытание временем. Мы должны прославлять традиционный индуизм. Заимствованный неоиндуистами радикальный универсализм может находить отклик на эмоциональном уровне у многих, но он всё равно останется анти-индуистским по происхождению.


«Мы не считаем себя лучше... И потому мы лучше»

Помимо демонстрации неиндуистской природы радикального универсализма с помощью литературы и истории, важно также изучить обоснованность его утверждений с философской точки зрения. Нам необходимо понять, объективна и рациональна ли вообще идея о равенстве всех религий. Проблема заключается в том, что индуизм якобы учит «истине» об одинаковости всех вероучений, и кажется, что ни одна другая религия, кроме современного индуизма, не знает ничего об этой «истине», а значит, индуизм закономерно превосходит остальные религии благодаря эксклюзивному обладанию этими знаниями. Пытаясь навязать одинаковость религий, радикальный универсализм использовал круговую схему логики, в которой он, поразительно, стоит выше остальных религий. Таким образом, попытка обосновать утверждения радикального универсализма приводила к ситуации, в которой эти же утверждения опровергаются. Увидеть эту характерную круговую логику можно, проведя формальный пропозициональный анализ аргументов.

  1. Современный индуизм является единственной религией, поддерживающей радикальный универсализм.

  2. Радикальный универсализм утверждает, что все религии одинаковы.

  3. Ни в одном другом вероисповедании нет идеи о равенстве религий.

  4. Поскольку a) ни одна другая традиция не содержит истины об одинаковости религий, и b) лишь индуизму известно о ней, значит, лишь индуизм знает истину обо всех религиях.

  5. Лишь индуизм содержит в себе истину обо всех религиях.

  6. Поэтому индуизм обособленная религия, превосходящая остальные.

  7. Таким образом, учитывая особенности индуизма и его превосходство над остальными религиями, можно сделать вывод: не все религии одинаковы.

  8. Поскольку не все религии равны, догмат радикального универсализма не соответствует действительности.


Индуизм: Пустое зеркало?

Следующий, глубоко ошибочный аспект радикального универсализма заключается в том, что эта доктрина отрицает саму необходимость существования индуизма, низводя индуистскую традицию к простому идеологическому орудию для осуществления целей радикальных универсалистов и уничтожения важных суждений индуистской культурной и религиозной самобытности. Если неоиндуистские радикальные универсалисты утверждают, что все религии одинаковы, то все религии сразу теряют свои атрибутивные уникальные особенности. Они лишены своей самобытности. Это относится к индуизму даже в большей степени, чем к остальным религиям, поскольку в настоящее время неоиндуистские радикальные универсалисты являются основными представителями радикального универсализма на мировой религиозной арене.


Если мы говорим, что древние учения и абсолютно уникальная духовная культура индуизма не лучше и не хуже любой другой религии, зачем тогда они вообще нужны? Из-за этого индуизм становится пустым фоном, пустой сценой театра, на которой идеи других религий получают неограниченную свободу действий за счёт лишения индуизма права отстаивать свою собственную самобытность. Индуизм, подчинённый целям радикальных универсалистов, окажется превращённым в обычное пустое зеркало, обречённое стремиться не более чем к пассивному отражению вероучений, догм и обычаев других религий, навязанных универсалистским лоском.


Брахманы и свободная воля

Основная причина, по которой радикальные универсалисты говорят о равенстве религий, основана на претенциозном предположении, что различные индивидуальные Абсолюты, на которые нацелена каждая религия, незаметно для них всех действительно одинаковы. Другими словами, члены всех других религий тоже стремятся к поиску Брахмана, просто они недостаточно умны, чтобы понять это. Но представители любой другой религии громогласно ответят, что они не стремятся найти Брахмана. Брахман не является Аллахом; Аллах не равен Нирване; Нирвана - не то же самое, что и Кевала; Кевала не является политеистическими богами/богинями; политеистические боги/богини - это не Я-ве; Я-ве не является Предками; Предки не являются древесными духами; а древесные духи - это не то же самое, что и Брахман. Когда религиозные мусульмане говорят нам, что они поклоняются Аллаху, а не Брахману, нам нужно серьёзно относиться к их словам и уважать их выбор. Когда буддист говорит, что хочет достичь нирваны, а не Брахмана, нам нужно серьёзно относиться к его словам и уважать его выбор; и так со всеми религиями. Настаивать, что все религии действительно поклоняются Брахману, не зная этого наверняка, и делать это во имя уважения и толерантности - это высшая степень лицемерия и нетерпимости. Простой факт заключается в том, что независимо от того, насколько искренне мы хотим, чтобы все индусы желали достичь единого Абсолюта, в других религиях может быть иначе. Нам следует принять этот конкретный теологический факт и просто жить с ним.


Особое спасительное положение

Спасение для христиан заключается в физическом воскрешении из мёртвых в эсхатологический Судный день и нахождении на небесах с Иисусом, который будет сидеть по правую руку от антропоморфного Бога-Отца Ветхого и Нового Завета. Мусульмане стремятся к восхитительному земному раю, в котором 72 гурии, молодые девственницы, будут предоставлены им для наслаждения (Коран 76:19). Джайны стремятся к Кевале, или одиночеству, в котором они будут наслаждаться вечным наличием всемогущества и всеведения без нежелательного вмешательства Бога, Брахмана или Аллаха. Буддисты хотят, чтобы все переходные элементы, создающие иллюзию, исчезли, а они сами растворились в нигилизме нирваны. Для буддистов Брахман также является иллюзией.


Каждая из этих разных религий имеет свои собственные, абсолютно уникальные концепции спасения, освобождения и Абсолюта, к которому стремятся её последователи. Каждая концепция несовместима с остальными. Чтобы объяснить эту ситуацию недвусмысленно, следует привести следующий пример: если христианин, мусульманин, джайн или буддист, достигший спасения по всем нормам своей религии, вдруг объединится с Брахманом, то, скорее всего, он будет очень расстроен и растерян. И он будет иметь на это полное право! И наоборот, йоги, возможно, недоумевали бы, если бы увидели 72 девственниц, поджидающих их после достижения мокши вместо ожидаемого вечного блаженства Брахмана. Представление о спасении одного человека - это концепция ада другого. («Что русскому хорошо, то немцу смерть» - прим. «Шивалока»)


Восстановление ценности Дхармы

Санатана-Дхарма, истинный индуизм, является такой же ценной, уникальной и целостной религией, как и любое другое основное вероисповедание на Земле, со своими учениями, традициями, развитой системой этики, важными ритуалами, философией и теологией. Религиозные традиции индуизма несут единоличную ответственность за открытие таких концепций и обычаев, как йога, аюрведа, васту, джйотиша, яджна, пуджа, тантра, Веданта, карма и т.д. Эти и бесчисленное множество других пропитанных Ведами элементов принадлежат индуизму, и только ему. Они также являются божественным даром страдающему миру.


Если мы хотим сделать всё, чтобы наша молодежь оставалась привержена индуизму как значимому пути, наши лидеры рассказывали об индуизме с уважением и достоинством, а представители большой индуистской общины могли понимать, что их религией действительно можно гордиться, тогда мы должны отказаться от радикального универсализма. Если мы хотим, чтобы индуизм выжил и продолжал приносить надежду, смысл и просветление будущим поколениям, тогда в следующий раз, когда наши сыновья и дочери будут спрашивать нас о том, что же такое индуизм, давайте не будем раболепно повторять им, что все религии одинаковы. Вместо этого взглянем в их глаза и расскажем им об уникально ценной, прекрасно-чарующей и философски глубокомысленной истине нашей традиции - истине, сохранявшей индуизм живой религиозной силой более пяти тысяч лет. Давайте расскажем им о Санатане-Дхарме, вечном пути истины.

© Powered by «Shivaloka»

  • Vkontakte - серый круг
  • Twitter
  • RSS - серый круг
  • Beatport - серый круг
  • =TV=
  • Instagram
  • Facebook - серый круг

индуизм, шиваизм, журнал